выходные данные
в последнем номере
Форум
каталог разделов и рубрик
аннотированный каталог публикаций
библиотека номеров
мероприятия редакции
журнал
адреса розничной продажи газеты по городам
татарский мир №15 (2004)

 




Станислав Прозоров: каким должно быть классическое исламоведческое образование

Исламоведение — это дисциплина, требующая серьёзной подготовки. А у нас до сих пор не понимают, что человек, знающий арабский язык, и профессиональный исламовед — это не одно и то же.

Станислав Михайлович, в журнале "Восток" опубликована Ваша целевая комплексная программа "Ислам в России". В чём особенность Вашей программы?
— Первая такого рода программа по исламоведению была опубликована еще в 1989 году в нескольких номерах журнала "Народы Азии и Африки" многочисленным авторским коллективом, куда входил и я. Опубликованная же в журнале "Восток" программа была составлена мной в декабре 2001 года по заказу Общественного фонда "Ислам в России". С тех пор в программу был внесён ряд изменений.
Предложенная мной программа — базовая: на её основе можно разрабатывать различные спецкурсы по исламу как для востоковедных, так и для гуманитарных вузов широкого профиля. С учётом места и роли ислама в жизни российского общества целесообразно разработать такие курсы как, например, "Ислам в России", "Суфизм на Северном Кавказе", "Богословско-правовая школа ханафитов: теория и практика" (поскольку именно ханафитская школа преобладает в России), "Современные переводы Корана". Реализация программы может стать значительным шагом на пути стабилизации этноконфессиональных взаимоотношений в России, что даст возможность россиянам чувствовать себя комфортно в собственной стране независимо от религиозной и этнической принадлежности.
— Есть какие-либо качественные отличия Вашей программы от других аналогичных программ?
— Я имел возможность читать программы, которые названы их авторами исламоведческими. Например, программа некоего Кощеева В её основание заложен изначально неверный подход: основной акцент сделан на том, что мусульмане, живущие на Западе, должны инкорпорироваться в западное общество, стать его неотъемлемой частью, не отличаясь от его представителей даже внешним обликом. Да с какой стати! Это личное дело каждого человека, носить ему на голове платок или нет. Мусульманин, живущий в немусульманской стране, должен соблюдать законы этой страны, а какую одежду носить — это его личное дело. Есть программы, которые я условно называю "колхозными": это "сборная солянка", где различные темы, в том числе и исламоведческие, читаются одним и тем же преподавателем, не имеющим соответствующего образования.
— Лучше вообще не изучать ислам, чем изучать его с неподготовленными преподавателями?
— Совершенно верно! Я считаю, что тем, кто имеет поверхностные сведения об исламе, не стоит морочить головы другим. Подготовка неквалифицированных "специалистов по исламу" — это мина замедленного действия для безопасности страны. Неграмотные специалисты по исламу неспособны предложить стране выгодные для неё решения. США поплатились за то, что долгое время изучением ислама там занимались политологи — в исламоведении дилетанты. Зато теперь в Америке исламоведение стали изучать во многих университетах и исследовательских центрах.
— В Вашей программе отдельно выделен вопрос о необходимости создания в России института исламоведения…
— Потребность в таком институте существует давно. На мой взгляд, по меньшей мере парадоксально, что в России нет академического исследовательского института, который занимался бы научным исламоведением.
Я, конечно же, отдаю себе отчёт в том, что создание такого института дело непростое. Для начала следует задаться вопросом: где такой институт должен располагаться? У нас в России на сегодняшний день существуют три крупных исламоведческих центра — Санкт-Петербург, Москва и Казань. Однако в Петербурге не хватает финансов, в Москве желания, а в Казани создание подобного института может привести к появлению очередного "междусобойчика" местного уровня, деятельность института там может оказаться актуальной исключительно для самого Татарстана. Дело в том, что в силу целого ряда причин процесс "возрождения" ислама во многих регионах России принял национально-политическую направленность, и Татарстан в этом отношении как раз один из ярких примеров. Далее: кто сможет работать в академическом институте исламоведения? Ведь в нашей стране нет специализированных кафедр в востоковедных вузах и факультетах, на которых студенты (будущие арабисты, тюркологи, иранисты и др.) смогли бы получить классическое исламоведческое образование.
— Вы считаете, что даже в таких вузах как, например, МГИМО, где есть кафедра востоковедения, всё равно нужна отдельная исламоведческая кафедра?
— Да, нужна. Тем более, что профессиональные исламоведческие знания необходимы не только "кабинетным" учёным. Они необходимы чиновникам разных государственных учреждений, журналистам, преподавателям гуманитарных вузов, учителям общеобразовательных школ, сотрудникам национально-культурных центров. О дипломатах я даже не говорю. Для дипломата, специализирующегося на регионе, где проживают мусульмане, блестящее исламоведческое образование буквально жизненно необходимо. Игнорирование "исламского фактора" в выработке и проведении внешней и внутренней политики России чревато тяжкими последствиями для населения страны, и отечественная история даёт тому немало подтверждений. Изучение ислама требует серьёзной подготовки, а у нас до сих пор не понимают, что человек, знающий арабский язык, и профессиональный исламовед — это не одно и то же.
— Тем не менее, нельзя сказать, что изучением ислама у нас не занимаются совсем: появилось огромное число публикаций, посвящённых исламоведческой проблематике, в вузах пишутся дипломы, защищаются диссертации по исламу, особенно в контексте такой популярной темы, как "конфликт цивилизаций".
— В том то и беда, что неграмотные студенты и аспиранты пишут работы под руководством неграмотных преподавателей. Сейчас объявилось огромное число "специалистов", которые в одночасье, почувствовав себя специалистами по исламу, стали писать о нём где только можно. Вот Вы говорите: конфликт цивилизаций. Какой конфликт? Неграмотные политологи, которые оперируют этим термином, даже не задумались над тем, что с точки зрения теории конфликта западной (иудео-христианской) и исламской цивилизаций невозможно объяснить, почему мусульмане испокон веку больше воюют друг с другом, чем с представителями других конфессий.
— В Вашей программе есть издательско-просветительский блок. Для людей мало-мальски интересующихся исламом не секрет, что качественной исламоведческой литературы на русском языке практически нет. Что Вы предлагаете в своей программе для улучшения ситуации?
— За последние полтора десятилетия книжный рынок России заполнила финансируемая исламскими фондами (иногда "тёмного" происхождения) дешёвая и широко распространяемая "массовая" литература об исламе. Апологетический характер этих, как правило, малограмотных, написанных с узкоконфессиональных позиций публикаций, ориентированных на неподготовленного читателя, объективно конфронтационен. В этой мутной воде "ловят рыбку" многочисленные издательства, пользующиеся конъюнктурой и публикующие компилятивные труды новоявленных "исламоведов". В таких условиях академические издания профессиональных исламоведов оказываются неконкурентноспособными: высокая цена, малые тиражи, практическая недоступность за пределами Москвы. В качестве альтернативы этому потоку публикаций мною предлагается издать серию книг справочного и учебно-методического характера, написанных специалистами на основе проработки первоисточников и нового, системного подхода к исламу. Выбор и порядок издания этих книг должен определяться их информативностью, дающей цельное, комплексное и в широком историческом контексте представление об исламе как идеологической системе. В конечном счёте цель издательско-просветительского направления программы — вытеснить с книжного рынка России апологетическую и низкопробную литературу об исламе и предоставить российским читателям действительно научную и, следовательно, непредвзятую информацию о нём.
— Предусматривается ли программой издание тематических серий?
— Да, возможна подготовка к изданию специальных научно-популярных серий — например, "Мусульманские богословы", куда могли бы войти отдельные выпуски, посвящённые жизни и деятельности мусульманских богословов, в том числе российских. Возможно издание серии "Библиотека мусульманского богослова" из выпусков, посвящённых основным трудам мусульманских богословов — как отельным сочинениям, так и конкретным богословским темам, рассматриваемым в разных сочинениях и иллюстрируемых переводами соответствующих глав. Кстати, к этой работе можно было бы привлечь молодых российских мусульман, получивших религиозное образование и прошедших стажировку (аспирантуру) в академическом востоковедном институте.
Я не устаю подчёркивать, что изучение ислама необходимо прежде всего самим мусульманам. Получив квалифицированное исламоведческое образование, мусульмане смогут понять роль ислама в жизни современной России, смогут достойно защищать интересы своей религии от произвола властей. Обладая необходимыми знаниями, мусульмане смогут более квалифицированно решать проблемы идеологического характера внутри мусульманской общины. Распространение адекватных знаний об исламе и разных формах его бытования может стать эффективным идеологическим аргументом против проповедников "чистоты" ислама, против их попыток насадить среди российских мусульман, поколения которых воспитывались на местных традициях, иные идеологические формы ислама, сложившиеся в других исторических условиях и в других историко-культурных регионах. Почитайте доводы, которые используют последователи традиционного ислама в России против сторонников салафизма (или ваххабизма) — да это же интеллектуальное убожество!
— Поскольку я занимаюсь изучением мусульманского права, не могу не спросить, какое внимание уделено в Вашей программе изучению фикха?
— Программой предусмотрен раздел, посвящённый исключительно вопросам мусульманского права. Планируется изучение основных источников по истории мусульманского права. Среди них "ал-Муснад" Абу Ханифы, "ал-Джами' ал-кабир" аш-Шайбани, "ал-Муватта" Малика б. Анаса, и другие. Особо хочу подчеркнуть, что помимо суннитских правовых школ мы рассматриваем шиитские, которые в России практически не изучены.
— Станислав Михайлович, Вашей программой предусмотрены стажировки. Расскажите, пожалуйста, о них.
— Стажировки продолжительностью от 6 месяцев до одного года предлагается организовать на базе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН. Основная их цель — повышение квалификации специалистов и подготовка их к поступлению в аспирантуру. Стажировки целесообразно проводить в два этапа с перерывом на летний сезон для самостоятельной работы стажёров. За время летнего перерыва стажёры должны подготовить образцы письменных переводов текстов, заданных руководителем стажировки, и проработать рекомендуемую литературу по исламу. Процесс обучения предполагает последовательную проработку арабских текстов разного жанра: устные и письменные переводы и их обсуждение, вхождение в проблематику прорабатываемого текста, овладение понятийным аппаратом конкретной области исламоведения в историческом контексте. Контроль за прохождением обучения будет осуществлять аттестационная комиссия во главе с руководителем стажировки. В зависимости от результатов собеседования и оценки качества образцов письменных переводов, выполненных стажёрами в конце первого этапа, комиссия будет выносить решение о целесообразности продолжения стажировки.
— Какими навыками должен овладеть человек по завершении стажировки?
— Стажёр должен приобрести навыки научной работы с оригинальными исламскими тексами на арабском языке: Кораном, тафсирами, собраниями хадисов, догматической литературой. Кроме того, по окончании стажировки стажёр должен уметь проводить комплексный историко-филологический анализ арабских текстов, быть знакомым с понятийным аппаратом научного исламоведения, овладеть методиками исследования исламских текстов и методологическими подходами к изучению ислама, усвоить технику научного перевода исламских текстов с арабского на русский язык. Вместе с тем, не исключено проведение стажировки по специальным программам.
— Да после такой стажировки можно сразу докторскую степень присваивать! Станислав Михайлович, а как Вы сами пришли к изучению ислама?
— Уж точно не по конъюнктурным соображениям: тогда изучение ислама было крайне непопулярным. После окончания арабского отделения восточного факультета Ленинградского государственного университета я поехал по распределению в Душанбе, где получил возможность наблюдать ислам, что называется, в быту. Мне это стало интересно, и я решил писать диссертацию по исламоведческой проблематике. Так из арабиста я превратился в исламоведа, стал изучать шиитскую доксографическую традицию.
— Насколько актуально в наши дни изучать догматические разногласия среди шиитов?
— Без понимания сути идейных разногласий в мусульманской среде в прошлом невозможно понять многие явления в современном мусульманском мире. Тот же конфликт так называемых последователей традиционного ислама в России и салафитов может быть серьёзно проанализирован только человеком, которому известны хотя бы основные сведения об идейных разногласиях в раннем исламе. Что касается шиитов, то изучать их надо хотя бы потому, что они внесли огромный вклад в копилку великой исламской цивилизации, а сам ислам, в свою очередь существенно обогатил мировую цивилизацию.

Обсудить статью на форуме

 

наверх почта анонс последнего номера о газете (паспорт)

© 2003 Издательский дом «Шанс» газета «Татарский мир»
дизайн и поддержка группа «Шанс
+»